- Припоздал ты сегодня что-то, Андрей, - укоризненно сказал Петр Михайлович, перемешивая черные костяшки на отполированной до блеска крышке стола. - "Спартак" нас сегодня задавил, мы с Леней едва-едва пару "рыб" сделали...
- Ничего, сейчас дело пойдет, - сказал Леня, высокий худой парень в спецовке, энергично выуживая костяшки из кучи и пряча их в раскрытую ладонь. - Мы еще покажем, на что годится ЦСКА! Давай, Федорович, заходи!
Сидящий напротив Андрея старик в промасленном комбинезоне крякнул и, почесав затылок, аккуратно положил на стол "наполеона". Хозяин тут же щелкнул костяшкой, выпустив на конец "двойку", которых у Андрея было навалом. Тот блаженно улыбнулся и подмигнул партнерам. Игра началась...
Постепенно, минут через десять, Андрей стал ориентироваться в происходящем. Оказывается, на даче Петра Михайловича, бывшего директора овощной базы, а ныне пенсионера, вот уже второй год собирается один и тот же состав любителей "забить козла" - сам хозяин, четверо рабочих со стройки жилого многоэтажного дома, который за это время вырос едва до половины, и он, Андрей. Играли только в обеденный перерыв строителей - с двенадцати до часа, как раз в то время, когда Андрей по совету Книги выходил прогуляться. Эти игры в домино стали ежедневным ритуалом для всех шестерых. Здесь же, за столом, наскоро обедали и обсуждали последние новости. Андрея все знали хорошо и, судя по всему, уважали - за рассудительность, живое остроумие и редкостное умение играть в домино.
- А куда же это вчера ты ездил, Андрюха? - неожиданно спросил Леонид, прокатывая Федоровича под одобрительный смех его партнеров - двух молодых рабочих лет двадцати.
Андрей едва не выронил из рук костяшки домино.
- Путаешь ты что-то, Леня, - ответил он укоризненно.
- Ты что на меня уставился? Ты лучше за Федоровичем смотри, что-то он нам готовит, какую-то ловушку, чует мое сердце...
- Верно, ездил, - подтвердил Федорович. - Меня вчера старуха послала вечером в Никишкино, в прачечную. Влезаю, значит, в автобус с полной сумкой барахла - вижу: Андрюха наш при полном параде сидит у окна, портфель, значит, на коленках держит и какие-то листки с формулами перелистывает. На меня, значит, старика, ноль внимания. Народу - таща! Ногу поставить некуда, сумку хоть на голову соседу ставь - а он листки читает. Я уж тебе, Андрюха, кричал, кричал - пока до Никишкина не доехал...